Автобиографическая проза

Литературная композиция Фрагменты книг: «Охранная грамота», «Люди и положения» Поэт всегда обращается к людям и надеется быть услышанным. И Борис Пастернак надеялся тоже. Но меньше всего он рассчитывал, что не только стихи его, но прозу —«опыт автобиографии», начатый в конце 20-х годов и завершенный в 50-х,— кто-то будет читать с эстрады, обращаясь к массовой аудитории. Но такое время наступило, мы ому свидетели. В огром¬ном Зала имени Чайковского при абсолютной тишине зрителей звучали страницы этой прозы. Артист Александр Кутепов отважился стать посредником, проводником такого неожиданного разговора поэта — не с читателями, а со слушателями. Перемена адреса! как ни странно, многое заново открыла в самом Пастернаке. Было принято (удобно во всех отношениях) делить его на раннего («сложного») и позднего («простого»). Но вот А. Кутипов вольно соединяет тексты «Охранной грамоты» и строки книги «Люди и положения», написанной через тридцать лет. И только знатоки могут уловить, где кончается ранний Пастернак и где начинается поздний. Мы не чувствуем искусственности в этом соединении, хотя сам Пастернак строго заметил, что первая книга его прозы, «к сожалению, испорчена манерностью, общим грехом тех лета. Разумеется, артист, следуя за автором, про¬являет свое неприятие «манерности» и свой отбор, но орга¬ничность прозаического монолога поэта объясняется не только этим. Переведенное в звучащую речь, художественное слово заставляет передумывать заново соотношение «простого» и «сложного».